Санкции и фондовый рынок РФ: как защитить портфель

Санкции бьют по рынку через несколько каналов. Первый — инфраструктурный: ограничения против бирж, депозитариев и банков затрудняют расчёты и доступ к иностранным активам. Второй — корпоративный: санкции против конкретных компаний снижают их выручку, доступ к технологиям и рынкам сбыта, что давит на акции. Третий — макроэкономический: ограничения влияют на курс рубля, инфляцию и ставку ЦБ. Четвёртый — поведенческий: новости о новых пакетах вызывают всплески волатильности. Для инвестора это означает, что санкционный риск нужно оценивать так же системно, как рыночный или кредитный.

Заблокированные активы — это ценные бумаги и средства, которыми инвестор владеет, но не может свободно распоряжаться из-за санкций и ответных мер. Чаще всего речь об иностранных акциях и фондах, учёт которых шёл через цепочку зарубежных депозитариев. Когда связи между российскими и иностранными хранилищами были разорваны, активы «застряли»: они формально остаются за инвестором, но операции по ним ограничены. Регулятор и участники рынка вели работу по обособлению и поэтапной разблокировке части таких активов. Перед покупкой любой бумаги стоит понимать, через какую инфраструктуру она учитывается.

Снижают инфраструктурный риск инструменты, замкнутые на российскую финансовую систему: ОФЗ и корпоративные облигации российских эмитентов, акции компаний с внутренним рынком сбыта, биржевые фонды на российские активы. Меньше зависят от санкций компании, ориентированные на внутренний спрос и «дружественные» рынки. Короткие облигации и флоатеры дают доход при высокой ставке (в 2026 году двузначной, ориентировочно 16–18%) и меньше реагируют на шоки. Полностью «безопасных» активов нет, но выбор инструментов, учитываемых в российской инфраструктуре, заметно снижает вероятность блокировки. Диверсификация по эмитентам и секторам остаётся базовой защитой.

Перед сделкой стоит ответить на несколько вопросов. Через какую инфраструктуру учитывается актив — только российскую или с участием зарубежных депозитариев? Не находится ли эмитент или ваш брокер под прямыми санкциями, осложняющими расчёты? Какова доля экспортной выручки компании и зависимость от импортных технологий? Есть ли риск делистинга или приостановки торгов? Информацию можно искать в раскрытии эмитентов, материалах Московской биржи и сообщениях брокера. Цель не в том, чтобы избежать любого риска, а в том, чтобы понимать его и осознанно закладывать в размер позиции и диверсификацию.

Иностранные бумаги несут повышенный инфраструктурный риск: при новых ограничениях доступ к ним может оказаться затруднён, как уже было с заблокированными активами. Это не значит «никогда», но требует трезвой оценки: через какую цепочку хранения идёт учёт, есть ли риск разрыва связей, какую долю портфеля вы готовы подвергнуть такому риску. Многие инвесторы РФ в текущих условиях смещают акцент на российские активы и инструменты «дружественных» юрисдикций с понятной инфраструктурой. Решение индивидуально и зависит от вашего горизонта и готовности к риску блокировки, а не от обещаний доходности.

Базовый принцип — не концентрировать капитал в одном брокере, депозитарии, эмитенте или классе активов. Полезно держать существенную долю в инструментах, учитываемых в российской инфраструктуре, и иметь подушку ликвидности в коротких облигациях и депозитах. Стоит избегать чрезмерного плеча, которое в кризис усиливает потери. Важно следить за новостями регулятора и брокера, но не торговать на эмоциях при каждом заголовке. И не забывайте про налоги: купоны облигаций, включая ОФЗ, облагаются НДФЛ 13%, а ИИС помогает законно оптимизировать налоговую нагрузку.

Это бумаги и средства инвестора, которыми он владеет, но не может свободно распоряжаться из-за санкций и разрыва связей между депозитариями.